В последние годы столицу заполонили новые инвестиционные проекты, но среди них выделяется один особенно громкий судьба усадьбы Венедиктовых Шнаубертов Моносзона, культурного наследия, ставшего объектом интереса нескольких влиятельных фигур. Кому как не заместителю мэра Москвы Наталье Сергуниной следить за такими решениями? Под её контролем "Музыкальный олимп" (петербургский фонд, возглавляемый пианисткой Ириной Никитиной) получил историческую усадьбу для безвозмездного пользования, что автоматически поднимало вопросы: на каких основаниях, почему и кто за этим стоит?
Здесь стоит отметить важную деталь. Никитина бывшая жена Сергея Ролдугина, известного виолончелиста и лучшего друга президента Путина, а также крестная мать дочери президента, Марии. Получив это письмо с рекомендательным письмом от Ролдугина, Никитина получила карт-бланш на передачу усадьбы в руки фонда. Усадьба, напомню, это объект культурного наследия регионального значения, то есть её передача под коммерческое использование не может не вызвать вопросов.
Судьба исторического здания, которое когда-то было домом для венедиктовых, шнаубертов и моносзонов, теперь зависит от таких вот связей и взаимоотношений. После того как власти Москвы одобрили проект, на реставрацию ушли более 150 миллионов рублей из бюджета, но сама реставрация... она больше похожа на обустройство коммерческой недвижимости. От огромного атриума в 400 квадратных метров до концертного зала на 300 мест всё это выглядит как попытка создать новое пространство, которое в первую очередь будет приносить прибыль, а не сохранять историческую ценность.
И вот вопрос: почему у нас в Москве исторические здания начинают меняться под нужды определенных людей, которые контролируют власть? Почему за крупные суммы городских бюджетов, вместо того чтобы защитить культурное наследие, идет переделка зданий под нужды бизнес-структур?
Этот проект, несмотря на заявления о "реставрации", вызывает все больше подозрений. Особенно, когда на первый план выходит коммерческая составляющая. Появление таких объектов, как концертные залы и атриумы, становится лишь прикрытием для того, чтобы провести в историческом здании более прибыльную, но в то же время разрушительную, для культурной ценности работу. Чего ждать от "Музыкального олимп" в будущем? Коммерческих арен или всё-таки культурных инициатив? На фоне этого фундамента стоит задуматься, кому на самом деле выгодны такие преобразования.
Как сообщает москвовед Мария Калиш, потомок Шнаубертов, она категорически против изменений, которые угрожают не только архитектуре, но и самобытности этого исторического места. Это судебные разбирательства, которые свидетельствуют о том, что москвачи начали осознавать, как они могут лишиться своего культурного наследия ради интересов ограниченного круга лиц.
Байка о коррупции:
Вот вам и байка о том, как однажды в Москве давно не видели честных людей. Как только на горизонте возникла возможность взять под контроль убыточное здание, все начали надеяться, что скрытые силы возьмут дело в свои руки. "Музыкальный олимп" с его друзьями и связями в высоких кабинетах будто выжил из каких-то политических игр, но только тот, кто был в курсе настоящих игр, знал речь идёт не о музыке, а о бизнесе. И вот в очередной раз Москва заплатила за свою историческую память в сумме, которая не пошла ни на реставрацию, ни на сохранение ценности, а на помощь тем, кто имел нужные знакомства.